Политическая система СССР в 30-е годы XX века

После смерти В.И. Ленина (12 января 1924 г.) на посту генерального секретаря ЦК РКП(б) был поставлен И.В. Сталин. После этого роль генерального секретаря сильно возросла и в партии, и в государстве.

События 1924-1925 гг. – неурожаи, товарный голод, недовольства в крестьянской среде – заставили Сталина пересмотреть внутреннюю политику в стране. Но меры, предпринятые ЦК, оказались недейственными: в 1927 году в стране начался хлебозаготовительный кризис. Тогда Сталин выступил за создание крупной промышленности (индустриализации) и за создание коллективных сельских хозяйств (коллективизации). Началось свертывание новой экономической политики (НЭП), но одновременно с этим шла скрытая борьба среди политических лидеров за власть. И эту победу одержал Сталин. Все его оппоненты впоследствии жестоко поплатились за то, что пытались противостоять будущему вождю.

Сталин взял курс на преодоление технико-экономической отсталости страны. Сжатые исторические сроки, по его мнению, предполагали создание командно-административной системы в стране. Так шло формирование политического режима, названного впоследствии тоталитарным (от латинского «total» – «цельный», «полный»).

При таком режиме государственная власть сосредотачивается в руках какой-либо одной группы, уничтожившей в стране демократические свободы и возможность появления оппозиции. Эта правящая группа полностью подчиняет жизнь общества своим интересам и сохраняет власть благодаря насилию, массовым репрессиям, духовному порабощению населения. Ядром тоталитарного режима в СССР была коммунистическая партия – политбюро определяло всю внешнюю и внутреннюю политику государства, решало вопросы планирования и организации производства. Для установившейся политической системы было характерно полное единомыслие, общественная жизнь страны была идеологизирована, началось формирование культа личности Сталина.
Массовые репрессии в стране

В период складывания тоталитарного режима была создана система карательных органов для преследования инакомыслящих. И с началом коллективизации развернулись массовые репрессии против кулачества и середняков. 7 августа ВЦИК и Совнарком приняли написанный Сталиным закон «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и прикреплении общественной (социалистической) собственности», вошедший в историю как закон «О пяти колосках», по которому даже за незначительные хищения с колхозного поля полагался расстрел.

С ноября 1934 года при наркоме внутренних дел было образовано Особое совещание, которое наделялось правом в административном порядке отправлять «врагов народа» в ссылку или исправительно-трудовые лагеря на срок до пяти лет. При этом были отброшены принципы судопроизводства, защищавшие права личности перед лицом государства. Особому совещанию предоставлялось право рассматривать дела в отсутствии обвиняемого, без участия свидетелей, прокурора и адвоката.

В 1934 году был принят закон «Об упрощенном порядке рассмотрения дел о террористических актах и организациях». Согласно этому закону следствие должно было вестись ускоренным порядком и заканчивать свою работу в течение десяти дней: обвинительное заключение вручалось обвиняемым за сутки до рассмотрения дела в суде; дела слушались без участия сторон – обвинителя и защитника; просьбы о помиловании запрещались, а приговоры о расстреле приводились в исполнение после их оглашения.

Так началось физическое устранение всех недовольных режимом. Фабриковались дела на врагов народа. Устраивались показательные судебные процессы. Каждый из этих процессов вел к раскручиванию маховика репрессий для десятков тысяч людей. По официальным, явно заниженным данным, в 1930-19593 гг. по обвинению в контрреволюционной, антигосударственной деятельности было репрессировано более 3,8 млн. человек, из них 786 тыс. расстреляно.
Алтай в годы массовых репрессий

В 1926 году хлебозаготовки на Алтае проходили напряженно. Но особо сложной оказалась ситуация зимой 1927-1928 гг. В январе 1928 года Политбюро ЦК ВКП(б) направило на места директиву, предлагающую применение чрезвычайных мер. Для того, чтобы привести в действие все административно-карательные рычаги с целью заготовить необходимое количество хлеба без каких-либо уступок его производителям в Сибирь выехал сам И.В. Сталин. В своих выступлениях он настаивал на применении самых жестких мер к тем, кто не хотел продавать хлеб по установленным низким ценам, вплоть до лишения свободы и конфискации хлеба. Именно с Алтая в Сибири начался «великий перелом»: Сталин лично рекомендовал в каждом хлебозаготовительном районе устроить пару показательных раскулачиваний.

На репрессии крестьяне ответили вооруженными выступлениями. В сводке Барнаульского охротдела ОГПУ о политическом состоянии округа в связи с хлебозаготовками в феврале 1928 года отмечаются усиление антисоветских настроений, распространение провокационных слухов, прокламаций контрреволюционного характера.

Бедняк комсомолец Пинегин, председатель сельского совета в с. Усть-Пристань, на собрании граждан села откровенно заявил: «На 10-ую годовщину коммунисты с ума сошли или сходят… Куда это годится, когда продают последнюю корову или лошадь за бесценок? Разве этим поднимается хозяйство? Крестьянам, видимо придется ковать пики, как в 1919-1920 гг. и стоять за себя». За такие высказывания многие лишились партбилетов и свободы.

Применялись самые разнообразные меры давления на крестьян. Создавались заградительные отряды, которые не выпускали никого из села, чтобы предотвратить продажу зерна и других продуктов на рынке, во время которых практически все жители села сгонялись на собрания, длившиеся по нескольку суток. Все это время людям не разрешали сходить домой, не давали спать, требовали продать хлеб.

Уже в 1929 году начался процесс коллективизации, но особенно ударные темпы характерны для начала 1930 года. В Бийском округу на 01.10.1929 г. коллективизировано 4% хозяйств, а к 15.03.30 г. – уже 74%; 800 кулаков репрессированы по первой категории (как выразился секретарь ОК ВКП(б) Спирик: «ликвидировали 800 кулаков»), 1890 человек выселили за пределы округа по 2 категории и приступили к расселению внутри округа 3217 хозяйств, а всего 5907 кулацких хозяйств; арестовано 911 участников кулацких группировок, контрреволюционных групп и организаций, их них 813 кулаков и 41 поп. Для устрашения населения проводились показательные процессы. Всего же за 30-е гг. на Алтае было репрессировано не менее 100 тысяч человек.

Все это не могло не вызвать противодействия. В 1929 году в Сибири было зарегистрировано 456 случаев организации банд. В январе-марте 1930 года в Сибири произошло 65 антиколхозных и антисоветских выступлений. В июне 1929 года возникла организация, которую впоследствии органы ОГПУ обозначили как контрреволюционную повстанческую под условным названием «Охотники». Ее центр был в г. Барнауле, а одна из ячеек находилась в с. Куяган Бийского округа.
Индустриализация

Индустриализация - это создание и развитие крупной промышленности, в первую очередь тяжелой, преобразование всего народного хозяйства на основе крупного промышленного производства. Индустриализация не является этапом, присущим только социалистическому строительству. Она - обязательное условие модернизации страны. Однако к середине 1920-х годов для СССР ее проведение становится необходимым по ряду причин.

Во-первых, к 1925 г. завершился восстановительный период. Советская экономика по основным показателям вышла на довоенный уровень. Для того чтобы обеспечить рост промышленного производства, следовало не столько переоснащать действующие заводы, сколько строить новые современные предприятия.

Во-вторых, более рационально предстояло решить проблемы размещения экономического потенциала страны. В Центрально - промышленном районе, занимавшем всего 3% территорий России, было сосредоточено 30% промышленного производства и 40% рабочего класса. Страна по-прежнему оставалась аграрной, крестьянской. Деревня была перенаселена. В городах росла безработица, что усиливало социальную напряженность.

В-третьих, стимулом для форсирования индустриализации стала экономическая и политическая изоляция страны на международной арене. Находясь во враждебном капиталистическом окружении, СССР был под постоянной угрозой войны. Аграрная страна не имела шансов выстоять в случае военного столкновения с индустриально развитыми державами.

Решение о начале индустриализации было принято на XIV съезде ВКП(б) в декабре 1925 г. Собственно об индустриализации на съезде говорилось лишь в общих чертах. Здесь была сформулирована главная задача индустриализации: обеспечить экономическую самостоятельность СССР, превратить его из страны, ввозящей оборудование и машины, в страну, производящую их. Вопросы темпов, источников и методов ее проведения на съезде не рассматривались. Уже после съезда по этим вопросам разгорелись жаркие споры. Обозначились две точки зрения: левые во главе с Л.Д. Троцким требовали проведения «сверхиндустриализации» за счет крестьянства, а правые по главе с Н.И. Бухариным выступали за более мягкие преобразования и развитие рыночной экономики.

Источники проведения индустриализации были названы на апрельском (1926 г.) Пленуме ЦК ВКП(б): доходы от государственных предприятий, внутренние займы у населения, строжайшая экономия и бережливость на производстве, социалистическое соревнование. Сторонники «сверхиндустриализации» были подвергнуты жесткой критике со стороны сталинского руководства.

Решение столь сложной задачи было невозможно без перехода к долгосрочному планированию. В декабре 1927 г. XV съезд ВКП(б) принял директивы по составлению первого пятилетнего плана. В решениях съезда подчеркивалась необходимость сбалансированного развития всех отраслей народного хозяйства, соблюдения пропорциональности между накоплением и потреблением.

По предложению Г.М. Кржижановского (председатель Госплана) разрабатывалось два варианта пятилетнего плана - отправной (минимальный) и оптимальный. Цифры оптимального были примерно на 20% выше отправного. За основу был взят оптимальный вариант плана. При оценке первого пятилетнего плана историки единодушно отмечают взвешенность его заданий, которые, несмотря на их масштабность, были вполне реальны для выполнения. Планом предусматривался рост промышленной продукции на 180%, сельскохозяйственной - на 55%. Национальный доход планировалось увеличить на 103%. Производительность труда в промышленности должна была возрасти на 110%, реальная заработная плата - на 71%, доходы крестьян - на 67%. За годы первой пятилетки (1927/28 - 1932/33 гг.) планировалось построить 1500 промышленных предприятий преимущественно в тяжелой промышленности. Среди них такие гиганты, как Днепрогэс, Магнитогорский и Кузнецкий металлургические комбинаты, Сталинградский и Челябинский тракторные заводы, Туркестанско-Сибирская железная дорога (Турксиб) и др.

Уже с 1929 года руководство страны начинает призывать к форсированию темпов индустриализации. Сталин выдвигает лозунг «Пятилетку - в четыре года!» Плановые задания пересматриваются в сторону увеличения. Страна была обязана выпускать вдвое больше, чем планировалось вначале, цветных и черных металлов, чугуна, автомобилей, сельскохозяйственных машин и др. В ряде отраслей (угле- и нефтедобыча) темпы прироста были еще выше. Ноябрьский Пленум ЦК ВКП(б) в 1929 г. утверждает новые контрольные цифры пятилетки. Берется курс на «большой скачок». Отчасти это было связано с желанием значительной части рабочих покончить с острыми социально-экономическими проблемами и обеспечить победу социализма в СССР революционными методами «красногвардейской атаки». Следует напомнить, что к концу 1920-х годов на производство пришло то поколение, которое выросло в годы революции и гражданской войны. Революционные методы и риторика были ему близки и понятны. Свою роль сыграло убеждение большевиков, что в экономике можно действовать так же, как и в политике, - организовать и вдохновить массы высокими идеями и бросить их в решительный бой за осуществление светлых идеалов, а действие объективных экономических законов можно не учитывать.

Говоря о причинах завышения плановых заданий первой пятилетки, следует иметь в виду и внешнеполитические аспекты. В конце 1920-х годов страны капиталистического мира после стабилизации испытывают тяжелейший кризис. В советском руководстве вновь появляются надежды на мировую революцию и приближающийся крах буржуазного мира. В этих условиях, считали в Кремле, нужен индустриальный рывок. И.В. Сталин говорил, что в этих условиях «…задержать темпы - значит отстать… Мы отстали от передовых стран на 50 - 100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут».

Новые контрольные цифры не были продуманы и не имели под собой реальной основы. Конечно, грамотные специалисты говорили о нереальности «большого скачка», но их обвиняли в саботаже и вредительстве. Именно поэтому с этого времени начинается наступление на «буржуазных специалистов». В 1928 г. проводится судебный процесс по так называемому «Шахтинскому делу», организованному накануне принятия пятилетнего плана, смысл которого заключался в том, чтобы показать инженерно-техническим работникам недопустимость скептицизма в отношении цифр пятилетки. В 1928-1929 гг. была развернута широкая кампания против «буржуазных специалистов». Под предлогом принадлежности к «чуждым классам» их отстраняли от занимаемых должностей или даже лишали гражданских прав и репрессировали. Одновременно с этим проходило создание «новой технической интеллигенции» из рабочих и крестьян. Не имея достаточного опыта и знаний, эти инженерно-технические работники поддерживали радикальные перемены, вызванные индустриализацией, так как они получали от них наибольшую выгоду.

Страну буквально охватила промышленная лихорадка. Строились производственные гиганты, возникали города (например Комсомольск-на-Амуре). На востоке страны выросла новая угольно-металлургическая база - Урало-Кузбасс с главными центрами в Магнитогорске и Кузнецке. Появились целые отрасли, каких не было в дореволюционной России: авиационная, тракторная, электротехническая, химическая промышленность и др. СССР действительно превращался в страну, не только ввозящую, но и производящую оборудование.

И все же проведение индустриализации выявило ряд проблем. Во-первых, стало очевидным, что за счет планируемых источников осуществить широкое промышленное строительство невозможно. В начале 1930-х годов темпы развития промышленности начинают падать: в 1933 г. они составили 5% против 23,7% в 1928-1929 гг. Нехватка средств привела к «замораживанию» почти четверти строящихся предприятий. Не хватало стройматериалов, транспорт не справлялся с возросшим объемом перевозок. Социалистические предприятия из-за устаревшего оборудования и плохой организации труда давали небольшую прибыль. Жизненный уровень населения был невысок, поэтому внутренние займы были не столь эффективны. Отстранение «буржуазных специалистов» на производстве, низкий уровень «новой» интеллигенции, постоянное расширение рабочего класса за счет малоквалифицированной крестьянской молодежи не позволяли повышать производительность труда и снижать себестоимость продукции. Средств катастрофически не хватало.

Часть партийных руководителей (Л.Б. Троцкий) считала, что проводить индустриализацию следует за счет крестьянства. Хотя в 1927 г. троцкизм был идейно и организационно разгромлен, но все же эта точка зрения сохранилась. Более того, ее стал придерживаться и сам И.В. Сталин. В 1928 г. он санкционирует наступление на крестьян, требует изъятия у них хлеба, а чтобы легче это сделать - загнать их в колхозы, т.е. провести в сжатые сроки коллективизацию сельского хозяйства.

Принятию этого решения способствовало также изменение международной обстановки. В условиях «великого кризиса» страны Запада стали наперебой предлагать СССР на выгодных условиях закупать у них оборудование. Широкомасштабный импорт оборудования не был предусмотрен пятилетним планом, но упускать удобного момента руководство страны не хотело. В 1931 г. советские закупки составили треть мирового экспорта машин и оборудования, а в 1932 г. - половину. Средства для приобретения техники государство получало от продажи хлеба. Сельское хозяйство становится главным источником, за счет которого удалось осуществить техническое переоснащение промышленности. Для получения дополнительных средств правительство начало выпускать займы, осуществило эмиссию денег, что вызвало резкое углубление инфляции.

В поисках средств государство идет на крайние меры. В 1927 г. отменяется «сухой закон» и начинается широкая продажа спиртного. Источником получения валюты для приобретения оборудования становится, увы, продажа за границу художественных ценностей из крупнейших музеев СССР (Эрмитажа, Кремля, Третьяковской галереи и др.) В это время из СССР были вывезены творения величайших художников и ювелиров, редчайшие коллекции старинных рукописей, книг и оружия.

Нехватка средств усугублялась нерентабельностью работы предприятий. Первоначально имелось в виду, что закупленное оборудование через год - два будет давать прибыль. Однако, отсутствие квалифицированных кадров, плохая организация труда и низкая дисциплина на позволили осуществиться этим планам. Оборудование простаивало, портилось. Высок был процент брака: на отдельных предприятиях Москвы он доходил до 65%. Не случайно, поэтому во второй пятилетке появляется лозунг «Кадры, овладевшие техникой, решают все!».

Перекачка средств на создание тяжелой промышленности привела к появлению серьезных диспропорций в народном хозяйстве: почти не развивалась легкая промышленность и деградировало сельское хозяйство. Кроме того, в самой тяжелой промышленности преобладали предприятия, связанные с военным производством. Это ориентировало экономику не на удовлетворение потребностей человека, а на производство ради производства и в конечном счете не способствовало росту жизненного уровня советских людей.

Промышленное освоение новых районов требовало не только больших капиталовложений, но и увеличения трудовых ресурсов. В годы индустриализации эту проблему решали за счет нескольких способов. Во-первых, путем комсомольских и молодежных призывов добровольцев на стройки пятилеток; во-вторых, с помощью надбавок к заработной плате и предоставления различных льгот лицам, работающим в трудных условиях; в-третьих, для решения этой задачи широко использовался принудительный труд заключенных и спецпереселенцев.

Интенсивное промышленное строительство обусловило резкое увеличение городского населения. Численность рабочего класса за годы первых пятилеток увеличилась с 9 до 24 млн человек. А это в свою очередь обострило продовольственную проблему в городах и привело в 1929 г. к введению карточной системы. Острейшей становится и жилищная проблема.

В первую пятилетку резко усиливается централизованное планирование и происходит переход к административным методам хозяйственного руководства. Это объясняется тем, что масштабность задач и крайняя лимитированность материальных и финансовых средств заставляли считать каждую копейку, каждый станок. Чтобы сосредоточить максимум сил и средств, жестко регламентируются задания, ресурсы и формы оплаты труда. В результате за годы первых пятилеток более чем в 3 раза увеличилась численность управленческого аппарата, что создавало базу для утверждения в стране командно-административной системы.

Хотя было объявлено о завершении первой пятилетки в 4 года и 3 месяца, ее основные задания выполнены не были. Второй пятилетний план (1933 - 1937 гг.) был утвержден на XVII съезде ВКП(б) в начале 1934 г. В нем сохранилась тенденция на приоритетное развитие тяжелой промышленности. Главная экономическая задача определялась как завершение реконструкции народного хозяйства на основе новейшей техники. Учитывая неудачу первой пятилетки, руководство страны решило отказаться от необоснованно высоких темпов роста. Планы второй пятилетки выглядели более реалистичными и умеренными. Темпы среднегодового прироста снижались по сравнению с первой пятилеткой с 30 до 16,5%. Более высокими темпами предполагалось развитие легкой промышленности, капиталовложения в нее увеличивались в несколько раз.

В целях повышения производительности труда было решено оживить материальное стимулирование. И.В. Сталин объявляет «войну уравниловке». Вводится оплата в зависимости от условий труда, выработки и разряда рабочего. Неравенство в доходах становится социалистической добродетелью.

Моральные стимулы тесно переплетаются с материальными. В условиях карточной системы (была отменена в 1935 г.) денежное вознаграждение почти ничего не значило, но впоследствии передовикам производства оплачивали на порядок выше. Они получали возможность продвинуться на работе, квартиры вне очереди, особые пайки, путевки в санатории и дома отдыха и т.п. Большую роль в повышении производительности труда сыграло стахановское движение. В отличие от ударничества первой пятилетки, где упор делался на коллективные формы труда, стахановское движение пропагандировалось как движение новаторов производства, достигающих успехов за счет освоения техники и улучшения организации труда. Начало ему положил рекорд шахтера Алексея Стаханова, который 1 сентября 1935 г. за смену выполнил 14 дневных норм. Успехи Стаханова получили широкую известность и при поддержке партийных органов распространились на все отрасли хозяйства. На каждом предприятии появились свои стахановцы. Общество охватывает трудовой энтузиазм. Буквально национальными героями стали наряду с А. Стахановым шахтер Н. Зотов, кузнец А. Бусыгин, машинист А. Кривонос, текстильщицы сестры Виноградовы и др. Их портреты печатали во всех газетах, о них рассказывали по радио, в качестве почетных гостей их приглашали на различные съезды и конференции, просили поделиться опытом. Зачастую рекорды стахановцев были «дутыми», подготовленными всем трудовым коллективом. «Рекордомания» вела к нарушению производственного процесса, дезорганизовывала его. Но достижения стахановцев важны были как пример самоотверженного труда, как образец для подражания. На многих предприятиях выдвигались встречные планы, более высокие по сравнению с установленными.

Как отмечалось выше, лозунгом второй пятилетки стал призыв «Кадры, овладевшие техникой, решают все!». Осенью 1933 г. школы фабрично-заводского ученичества (ФЗУ) были реорганизованы в профессиональные учебные заведения для подготовки рабочих массовых профессий. При фабриках и заводах открывались курсы повышения квалификации, создавались условия для обучения рабочих в вечерних школах и вузах. Основной формой повышения квалификации рабочих становится техминимум. Сдача его была обязательной для рабочих всех отраслей промышленности.

Все это дало положительные результаты, и производительность труда за годы второй пятилетки увеличилась вдвое. Хотя и эта пятилетка по большинству показателей не была выполнена, все же ее итоги оказались выше, чем первой. Вступили в строй более 4,5 тыс. крупных промышленных предприятий, в том числе Уральский машиностроительный и Челябинский тракторный заводы, десятки доменных и мартеновских печей, шахт, электростанций. В Москве была проложена первая линия метро. Ускоренными темпами развивалась индустрия союзных республик.

Индустриализация привела к колоссальным сдвигам. За годы первых пятилеток резко повысился экономический уровень СССР. Была создана современная тяжелая промышленность. Несмотря на огромные издержки, процент ежегодного прироста производства в среднем составлял от 10 до 16%, что было намного выше, чем в развитых капиталистических странах. К концу 1930-х гг. СССР стал одной из немногих стран, способных производить любой вид промышленной продукции, доступной в то время человечеству. Страна действительно обрела экономическую независимость и самостоятельность.

Следует подчеркнуть, однако, что ускоренный рост тяжелой промышленности был достигнут прежде всего за счет разрушения производительных сил
деревни. Он не сопровождался модернизацией транспорта, жилищного строительства, коммунально-бытового обслуживания населения. Особенно резкими были различия в этих сферах при сравнении города и села, центра и периферии, западных и восточных районов страны. За время индустриализации перестали существовать многоукладность, частная собственность и безработица. Серьезные изменения произошли в социальной сфере: возросли численность и квалификация рабочего класса, возник слой новой инженерно-технической интеллигенции из рабочих и крестьян, возрос аппарат управленцев. Окончательно утвердились командно-административные методы управления народным хозяйством.
Коллективизация в СССР: причины, методы проведения, итоги.

    Началом сплошной коллективизации сельского хозяйства в СССР стал 1929 год. В знаменитой статье И. В. Сталина «Год великого перелома» форсированное колхозное строительство было признано главной задачей, решение которой уже через три года сделает страну «одной из самых хлебных, если не самой хлебной страной в мире». Выбор был сделан — в пользу ликвидации единоличных хозяйств, раскулачивания, разгрома хлебного рынка, фактического огосударствления деревенской экономики. Что стояло за решением о начале коллективизации?
   
     С одной стороны, крепнувшая убежденность в том, что экономика всегда следует за политикой, а политическая целесообразность выше экономических законов. Именно эти выводы сделало руководство ВКП(б) из опыта разрешения хлебозаготовительных кризисов 1926—1929 гг. Сущность кризиса хлебозаготовок состояла в том, то крестьяне-единоличники снижали поставки рна государству и срывали намеченные показатели: твердые закупочные цены были слишком низки, а систематические нападки на «деревенских мироедов» не располагали к расширению посевных площадей, повышению урожайности. Экономические по характеру проблемы партия и государство оценивали как политические. Соответствующими были предложенные решения: запрет свободной торговли хлебом, конфискация зерновых запасов, возбуждение бедноты против зажиточной части деревни. Результаты убеждали в эффективности насильственных мер.
   
     С другой стороны, требовала колоссальных капиталовложений начавшаяся форсированная индустриализация. Главным их источником была признана деревня, которая должна была, по замыслу разработчиков новой генеральной линии, бесперебойно снабжать промышленность сырьем, а города — практически бесплатным продовольствием.
   
     Политика коллективизации проводилась по двум основным направлениям: объединение единоличных хозяйств в колхозы и раскулачивание.
   
     Основной формой объединения единоличных хозяйств были признаны колхозы. В них обобществлялись земля, крупный скот, инвентарь. В постановлении ЦК ВКП(б) от 5 января 1930 г. устанавливались поистине стремительные темпы коллективизации: в ключевых производящих зерно регионах (Поволжье, Северный Кавказ) она должна была завершиться в течение одного года; на Украине, в черноземных областях России, в Казахстане — в течение двух лет; в остальных районах — в течение трех лет. Для ускорения коллективизации в деревню были направлены «грамотные в идейном отношении» городские рабочие (сначала 25, а затем еще 35 тыс. человек). Колебания, сомнения, душевные метания крестьян-единоличников, в массе своей привязанных к собственному хозяйству, к земле, к скоту («остался в прошлом я одной ногою, скольжу и падаю другою», — писал по другому поводу Сергей Есенин), преодолевались просто — силой. Карательные органы лишали упорствовавших избирательных прав, конфисковывали имущество, запугивали, сажали под арест.
   
     Параллельно коллективизации шла кампания раскулачивания, ликвидации кулачества как класса. На этот счет была принята секретная директива, по которой все кулачество (кого понимать под кулаком, в ней четко не определялось) делилось на три категории: участников антисоветских движений; зажиточных хозяев, имевших влияние на соседей; всех остальных. Первые подлежали аресту и передаче в руки ОГПУ; вторые — выселению в отдаленные области Урала, Казахстана, Сибири вместе с семьями; третьи — переселению на худшие земли в том же районе. Земля, имущество, денежные накопления кулаков подлежали конфискации. Трагизм ситуации усугублялся тем, что по всем категориям были установлены твердые задания для каждого региона, которые превышали реальную численность зажиточного крестьянства. Были еще так называемые подкулачники, «пособники врагов-мироедов» («самого ободранного батрака вполне можно зачислить в подкулачники», — свидетельствует А. И. Солженицын). По данным историков, зажиточных хозяйств накануне коллективизации было около 3%; раскулачиванию подлежали в некоторых районах до 10—15% единоличных хозяйств. Аресты, расстрелы, переселения в отдаленные районы — весь набор репрессивных средств был использован при проведении раскулачивания, которое коснулось не менее 1 млн хозяйств (средняя численность семей — 7—8 человек).
   
     Ответом стали массовые волнения, убой скота, скрытое и явное сопротивление. Государству пришлось временно отступить: статья Сталина «Головокружение от успехов» (весна 1930) ответственность за насилие и принуждение возложила на местные власти. Начался обратный процесс, миллионы крестьян вышли из колхозов. Но уже с осени 1930 г. нажим вновь усилился. В 1932—1933гг. в самые хлебные районы страны, прежде всего на Украину, Ставрополье, Северный Кавказ, пришел голод. По самым осторожным подсчетам, голодной смертью умерло более 3 млн человек (по другим данным, до 8 млн). При этом неуклонно росли и экспорт зерна из страны, и объемы государственных поставок. К 1933 г. в колхозах состояло более 60% крестьян, к 1937 г. — около 93% . Коллективизация была объявлена завершенной.
   
     Каковы ее итоги? Статистика свидетельствует о том, что она нанесла невосполнимый удар по аграрной экономике (сокращение производства зерна, поголовья скота, урожайности, посевных площадей и пр.). Вместе с тем государственные заготовки зерна выросли в 2 раза, размеры налогов с колхозов — в 3,5 раза. За этим очевидным противоречием стояла подлинная трагедия российского крестьянства. Конечно, крупные, технически оснащенные хозяйства имели известные преимущества. Но главным было не это. Колхозы, формально остававшиеся добровольными кооперативными объединениями, на деле превратились в разновидность государственных предприятий, имевших жесткие плановые задания и подлежавших директивному управлению. При проведении паспортной реформы колхозники паспортов не получили: фактически их прикрепили к колхозу и лишили свободы передвижения. Промышленность росла за счет сельского хозяйства. Коллективизация превратила колхозы в надежных и безропотных поставщиков сырья, продовольствия, капиталов, рабочей силы. Более того, она уничтожила целый социальный слой крестьян-единоличников с его культурой, нравственными ценностями, устоями. Ему на смену пришел новый класс — колхозное крестьянство.